?

Log in

entries friends calendar profile Фильмы братьев Коэн Previous Previous Next Next
Ненужный пассажир - second_nihilist
nigilist_2
nigilist_2
Ненужный пассажир
 До отправления автобуса было еще несколько минут. Я зашел в салон, дабы избавиться от сумки, оттягивающей мне руку, а заодно и застолбить место у окна, поскольку собирался существенную часть дороги посвятить чтению. Обнаружив на ближайшем к окну сидении лоснящийся черный пакет с ручками, мне ничего не оставалось, как поставить сумку на свободное кресло. Когда пришло время трогаться, я прошел к своему месту. Там, где лежал черный пакет, теперь сидел мужик в неудобной позе. Пакет он держал между коленями, ноги же девать ему было некуда, потому как кресло его располагалось на крыле колеса, он их пытался разместить в свободных проемах под передними креслами. Я же вполне комфортно устроился, переместив сумку с сиденья на колени.
По-соседству подавал звуки ребенок. Он не плакал, он то повизгивал, то покрикивал. Выражал ли он таким образом свое отношение к поездке, а заодно и к окружавшим его людям, или же это свежеприобретенные слова вырывались из него, а обречь их в приемлемую форму у него пока не получалось, было неясно. Когда мы выехали на трассу, я открыл книгу и погрузился в чтение. Прервал его я только затем, чтобы дать передышку глазам, рассмотрев в окно красиво скрученные снопы сена, в случайном порядке распределенные по покрытому концентрическими бороздами полю.
Промежуточная остановка была там же, где и всегда, на границе Тульской и Московской областей. Традиционно я ее использовал для того, чтобы съесть яблоко и размяться. Когда подошло время, рассредоточенные на близлежащей территории люди потянулись к автобусу и неожиданно быстро заполнили свои места. Захлопнулась дверь и автобус тронулся. Вот только место рядом со мной пустовало. Неужели он нашел куда пересесть? Автобус как будто полон. Подойдя к водителю, я больше смотрел не на него, а на передние места в поисках соседа. Когда я сообщил ему, что не хватает одного человека, он развел руками и как будто направил автобус в сторону. Я вернулся на место, остановки автобуса же так и не последовало. Кроме этого, я отметил несколько вопросительных взглядов, направленных в свою сторону.
“А что, он остался?”
“Забыли кого-то”
“Надо сказать водителю”
Ничего иного, как пожимать плечами и кивать в сторону шофера, в надежде на то, что так далеко мы отъехали только в поисках прерывающейся двойной для разворота, я не придумал. Черный пакет под ногами, сразу мной не замеченный, ясно дал понять, что мужик все-таки остался там, мне же не давала покоя мысль, все ли я сделал для того, чтобы этого не случилось. Я приблизился к водительскому креслу еще раз и сообщил о находке. Не сочтя нужным добиваться какой-то ответной реакции, я вернулся к себе. То, что мне представлялось тогда, это как мужик мечется между грузовиками и автобусами, прибывающими на стоянку и отправляющимися с нее в путь, в тщетной попытке объяснить свою ситуацию. Еще мне подумалось о том, что следующий наш автобус будет только через два часа, он наверняка будет битком.
Возобновив чтение пьесы, я прервался только когда пересекали Оку. Предметом моего наблюдения были купающиеся, которых я, не смотря на жаркий день, так и не увидел. Закрыв книгу, я понял, что хоть и большая часть пути уже преодолена, впереди остается не самый простой участок дороги. Строительство, затеянное с целью увеличения количества существующих полос, на данном этапе содействовало их сокращению, а непрерывный поток возвращающихся с воскресного отдыха москвичей создал растянувшуюся не на один километр пробку. Когда скорость автобуса снижалась (до остановки, к счастью, дело не доходило), водитель открывал входную дверь, и в салоне чувствовалось нечто похожее на ветерок. Можно было бы подвергнуть сомнению необходимость такого проветривания, ссылаясь на выхлопы и пыль с забитой транспортом трассы, а радоваться тем порывам воздуха, что проникали через люк в крыше автобуса, но мне не хотелось увлекаться подобного рода рассуждениями. Ребенок, не дававший покоя всю дорогу, наконец, стих, видимо, уснул.
Закончился очередной этап затрудненного движения, но, вместо того, чтобы набрать скорость, в очередной раз хлопнула открывшаяся дверь и автобус встал. Вошел мужик и стал двигаться вдоль прохода. Понимая, что это он, я почему-то его не узнавал. Убрать свою сумку с его места я сообразил только, когда он мне об этом сказал. Перед этим он, конечно, укорил меня за то, что я ничего не сделал, чтобы сообщить о его отсутствии. Я возразил, после чего некоторое время мы ехали молча, лишь девчонка позади нас поинтересовалась о том, что это действительно он. Недавно она, рассказывая по телефону, как проходит ее поездка, взахлеб расписывала своему собеседнику о том, как одного пассажира бросили на стоянке. Повернувшись, как будто просто так, к соседу, я, наконец-то, выступил слушателем его приключений. Начав с того, что за минувший час он испытал столько, сколько за три года не испытывал, сосед поведал о том, как бежал за автобусом и махал водителю то в одно зеркало, то в другое. Водитель автобуса, следующего за нашим, отказался его взять из опасения быть оштрафованным, деньги же, как и все документы, остались в сумке. Сжалился над ним только водитель маршрутки, у которого было свободное место. Он согласился довести его, но маршрутка и наш автобус прибывали на разные станции. Оснащенный рацией, он выяснил более удачный маршрут и, жонглируя магистралями, в один прекрасный момент оказался впереди наc. Все, что теперь нужно было сделать – это связаться по телефону с нашим водилой и договориться о том, где он подберет недостающего пассажира, что и было сделано. Всю эту массу переживаний по лицу нашего героя отследить было не так просто, его слова о том, сколько он всего натерпелся, имели конкретную задачу – описать его внутреннее состояние.

Над столицей висело красное, уже заходящее, солнце, а в картине города отчетливо виделся туман, поспешно сказать про который можно было бы, что он “обволакивал”, устранить же его из той панорамы, что нам открылась на въезде, было бы попросту непростительно.
Leave a comment